Что послужило основными стимулами развития возобновляемой энергетики в Германии?

29 Июн

Что послужило основными стимулами развития возобновляемой энергетики в Германии? Почему медиа выступают против возобновляемых источников энергии? Ответы на эти вопросы ищите в первой части нашего интервью с Хансом-Йозефом Феллом, архитектором системы «зеленых тарифов» в Германии. 

Автор интервью: Анна Гладких

Ханс-Йозеф Фелл был членом немецкого парламента с 1998 по 2013 год. Он был спикером Партии Зеленых по вопросам энергетической политики. Господин Фелл является международно-признанным экспертом в области энергетической и экологической политики, визионером в области развития возобновляемых источников энергии.  Он был одним из главных идеологов и архитекторов системы “зеленых тарифов” в Германии, которую затем скопировали правительства более 60 стран мира. За годы профессиональной деятельности Ханс-Йозеф Фелл неоднократно получал международные награды за активное продвижение возобновляемой энергетики и по сегодняшний день остается активным членом Всемирного совета по возобновляемой энергетике (World Council for Renewable Energy).

Господин Фелл, расскажите об истории Ваших взаимоотношений с Украиной.

Я в том или ином качестве был вовлечен в вопросы энергетической политики Украины на протяжении последних десяти лет. Изначально главной нашей мотивацией было то, что мы в Германии опасались ваших атомных электростанций. Моя личная политическая позиция в секторе возобновляемой энергетики выросла из моей гражданской активности. События в Чернобыле очень сильно повлияли на отношение граждан Германии к атомной энергетике. До катастрофы угроза была гипотетической, после — стала реальной. Могу сказать, что именно Чернобыль стал мощным толчком для развития возобновляемой энергетики в Германии. В 2007 году я сам ездил в зону отчуждения. Тогда же я консультировал украинских ученых и команду Юлии Тимошенко, во временя, когда она была премьером, относительно перспектив развития возобновляемой энергетики в Украине. К сожалению, практически ничего из предложенного тогда не было реализовано. Сегодня, принимая во внимание конфликт Украины с Россией, проблемы с импортом газа и сокращением добычи угля, я опять обеспокоен возможным увеличением производства атомной энергии в Украине.

Сегодняшний успех Германии в развитии возобновляемой энергетики стал результатом политических решений, принятых 15 лет назад. У нас есть опыт, которым могут свободно воспользоваться многие страны, включая Украину. Я очень заинтересован в том, чтобы поделиться с вами этим опытом. Несмотря на прессинг со стороны нефтяной, газовой, атомной и угольной отраслей, отрасль возобновляемой энергетики растет по всему миру с огромной скоростью. Инвестиции в возобновляемую энергетику уже сегодня обходятся дешевле инвестиций в традиционную энергетику. И никто не в силах остановить этот рост. Сегодня у Украины еще есть шанс «впрыгнуть в уходящий поезд», приняв эффективные решения на государственном уровне для развития возобновляемой энергетики. В противном случае, ваша страна утратит шанс построить экономику, устойчивую в долгосрочной перспективе.

Означает ли стремительный рост отрасли возобновляемой энергетики конец для века энергетики традиционной?

Производители традиционной энергетики продолжают отстаивать свои интересы на самом высоком политическом уровне. Те из них, кто до сих пор верит, что сможет обогатиться за счет нефти, газа, угля и атомной энергии, через 10 лет обанкротятся. У нас есть четкие сигналы о нестабильности рынка традиционных источников энергии от Банка Англии, от некоторых крупнейших фондов, таких как Пенсионный фонд Норвегии, Инвестиционный фонд Уоррена Баффета и других, которые сокращают инвестиции в традиционную энергетику и начинают переключаться на возобновляемую.

Сегодня два крупнейших производителя традиционной энергии в Германии — RWE и E.ON — имеют растущий дефицит бюджета в несколько миллиардов евро в год и опасаются полного банкротства. Главная причина их финансовых проблем — провальные инвестиции в угольную и газовую отрасли на протяжении последних 10 лет, а также лоббирование недопущения законодательного уменьшения атомных мощностей. Сейчас у обеих компаний большие долги и нет возможности рефинансирования. Столь бедственное финансовое положение в отраслях традиционной и атомной энергетики — стимул для развития возобновляемой энергетики. Две упомянутые мной немецкие компании не являются исключением. Отрасль сланцевого газа в США в лице  Exxon, BHB Billiton и других также испытывает финансовые трудности. Совокупный долг предприятий сланцевой отрасли сегодня составляет 430 млрд долларов, и никто не знает, как его рефинансировать. Мы ожидаем нового мирового экономического кризиса, который может превзойти по масштабам даже кризис 2009 года. Сейчас на уровне мировой экономики происходят колоссальные изменения, но многие их просто не замечают, предпочитая закрывать глаза на происходящее.

Почему в таком случае крупнейшие игроки энергетического рынка, которые держат руку на пульсе рыночной ситуации и осознают риск потерять деньги, по-прежнему продолжают лоббировать интересы традиционной энергетики и инвестировать в нее?

Большинство менеджеров верят только в свой собственный бизнес. Управленцы в отраслях традиционной энергетики зачастую просто не представляют себе, как можно переориентировать сложившийся бизнес в сторону возобновляемой энергетики или на что-то другое, и продолжают прикладывать усилия к развитию устаревших бизнес-моделей, разыгрывая заведомо проигрышную партию. Когда 10 лет назад я и многие другие эксперты говорили этим менеджерам, что их инвестиции в угольную энергетику не рациональны, они нам не поверили. Сегодня же этот тренд уже очевиден для всех в Германии.  Аналогичную ситуацию можно наблюдать с энергетическими олигархами в Украине, в России и во многих других странах.

Есть примеры компаний, которые смогли выйти за рамки устаревших моделей бизнес-мышления. К примеру, компании в Китае, где темпы роста отрасли возобновляемой энергетики являются самыми высокими в мире, отличаются весьма прогрессивным бизнес-мышлением. Крупнейшая китайская атомная компания CNG учредила дочернюю компанию по производству возобновляемой энергии Meija Power. Успех дочерней компании на фондовом рынке оказался настолько оглушителен, что головная компания приняла решение переориентировать свою основную деятельность с атомной энергетики на возобновляемую.

Другой пример качественного менеджмента — немецкая компания E.ON, которая также переориентирует свой бизнес, связанный с традиционными источниками энергии на возобновляемые. Пока что эта компания — единственный крупный европейский поставщик электроэнергии, который пошел этим путем. Хорошие менеджеры всегда первыми видят новый перспективный бизнес и стараются поймать волну. Думаю, в ближайшие годы мы будем наблюдать появление все большего количества новых компаний в секторе возобновляемой энергетики, а некоторые из них будут выходцами из традиционной энергетики.

Что послужило основными стимулами развития возобновляемой энергетики в тех странах, которые достигли успеха? Кто был “агентом изменений” — государство, бизнес, гражданское общество?

Стимулы были разными для разных стран. Наибольшим толчком для развития возобновляемой энергетики в Китае был энергетический голод. Темпы экономического роста там настолько велики, что страна заинтересована в производстве энергии из всех возможных источников. В 2006 году в Китае на государственном уровне было утверждено приоритетное увеличение производства ветровой электроэнергии и скопированный у Германии “зеленый тариф”. 6 лет спустя, в 2013 году, Китай утвердил “зеленый тариф” и для солнечной энергии. Я лично очень часто бывал в Китае и обсуждал с членами Всекитайского собрания народных представителей и с правительством стратегию развития возобновляемой энергетики. Я был ошеломлен уровнем консенсуса на самом высоком уровне относительно поддержки развития возобновляемой энергетики в целом и “зеленого тарифа”, в частности. До этого на протяжении 6 лет внутри китайской коммунистической партии была серьезная конфронтация между сторонниками развития атомной и угольной энергетики, с одной стороны, и сторонниками возобновляемой энергетики — с другой. Этот конфликт на несколько лет затормозил развитие возобновляемой энергетики в Китае, но сегодня можно с уверенностью сказать, что страна идет по пути приоритетного развития этой отрасли.

В 2013 году суммарные инвестиции в возобновляемую энергетику в Китае впервые превысили инвестиции в традиционную энергетику. В 2014 году потребление угля в Китае сократилось на 2 процента, а к концу 2015 года прогнозируется его сокращение еще на 10 процентов. Китайские инвесторы по-прежнему вкладывают в уголь и атомную энергию, но с каждым годом все меньше. Я убежден, что через 5 лет Китай вообще не будет инвестировать в угольную отрасль. В нескольких индустриальных регионах Китая было решено полностью отказаться от угля. Один из таких регионов — Пекин, где с 2020 года уголь перестанут использовать вообще. Главная причина ограничений на использование угля — загрязнение воздуха. Смог от угля и выхлопных газов — очень серьезная проблема для китайцев. Помимо этих ограничений китайское правительство борется со смогом повсеместной поддержкой электротранспорта.

Как насчет Германии? Что подстегнуло развитие возобновляемой энергетики в вашей стране?

В Германии двигателем процессов были усилия гражданского общества. Движение в поддержку возобновляемой энергетики возникло на уровне местных сообществ еще 30 лет назад. Именно гражданское общество предложило правительству стратегию развития возобновляемой энергетики. Я — один из представителей этого гражданского общества, который получил возможность реализовать в парламенте родившиеся на местном уровне идеи. Трансформация же бизнес-мышления в Германии произошла не так давно. В первые годы развития возобновляемой энергетики в Германии ничего подобного не наблюдалось. Компании, ставшие пионерами на рынке возобновляемых источников энергии, были основаны все теми же выходцами из местных движений, НГО. Сейчас многие из них стали большими боссами в своих компаниях.

Правильно ли я понимаю, что в начале становления отрасли возобновляемой энергетики в Германии, у граждан, включая представителей бизнеса, вообще не было никакой денежной мотивации? Все держалось на идеях и ценностях? 

Абсолютно. Когда мы начинали развивать возобновляемую энергетику в Германии, мы точно не ставили перед собой задачи заработать миллиарды. Мы делали это потому, что хотели избежать последствий изменения климата, экологических угроз. Первые покупатели солнечных батарей были энтузиастами. Спустя некоторое время, когда нам удалось принять законы, стимулирующие развитие возобновляемой энергетики, когда мы ввели систему “зеленого тарифа” в 2000 году, люди впервые смогли инвестировать в возобновляемую энергетику, не теряя при этом деньги. Сейчас, спустя несколько лет, люди в Германии зарабатывают на том, что производят энергию из солнца или ветра. Потребительский спрос на солнечные и ветровые установки сильно подстегнул развитие бизнеса. Сейчас возобновляемая энергетика в Германии стало отраслью массового производства.

Возникает вопрос: почему столь успешный опыт Германии не переняли все остальные страны? Почему, зная о том, как немецкие граждане зарабатывают на том, что сами производят энергию, уровень скепсиса вокруг целесообразности развития возобновляемой энергетики по-прежнему настолько высок?

Это может прозвучать парадоксально, но большое сопротивление развитию возобновляемой энергетики — это результат ее большого успеха. Успеха, который неизбежно повлечет за собой негативные последствия для традиционной энергетики. Мы уже разобрались с тем, почему бизнес может противиться изменениям, что же касается скепсиса со стороны граждан, то он связан с тем, какую информацию они получают из медиа. Крупные компании, имеющие влияние на СМИ, могут легко манипулировать общественным мнением.  Сейчас очень многие медиа утверждают, что возобновляемая энергетика — это огромное бремя для экономики, хотя на самом деле это бремя для компаний традиционной энергетики, но не для общества в целом. Два года назад в Германии мы переживали очень агрессивную медиа-кампанию, организованную крупными игроками энергетического рынка. Их главным аргументом против возобновляемой энергетики было якобы неизбежное повышение цен на электричество.

Как можно бороться с подобными медиа-кампаниями? Получается ли у сторонников возобновляемой энергетики в Германии как-то препятствовать попыткам манипуляции общественным мнением, давая альтернативную правдивую информацию?

Медиа-кампании связаны с большими затратами. На данный момент ни одна компания в секторе возобновляемой энергетики не может конкурировать с сектором традиционной энергетики за влияние на медиа. Всегда находятся журналисты, которых большие деньги мотивируют больше, чем правдивые, но не такие интересные истории. Информация, которую они предоставляют, часто бывает очень далека от реального положения вещей.

Приведу один пример. Не так давно вышел новый отчет Нюрнбергского университета, в котором приводятся расчеты, доказывающие, что без увеличения производства возобновляемой энергии в Германии, цена на электричество сильно возрастет. Ссылка на эту, безусловно очень важную публикацию, появилась в медиа лишь однажды. И даже эта, единственная, публикация вскоре была удалена. Еще один пример, из Франции. Крупный исследовательский центр ADEME подготовил отчет для правительства, в котором предоставил расчеты дешевого пути замены атомной энергетики на 100% возобновляемой в течение нескольких десятилетий. Правительство решило, что этот отчет не стоит публиковать, и в итоге о нем упомянуло только несколько газет.

Очень важно видеть разницу между разными источниками информации. Практически невозможно бороться с действительно массовыми медиа (телевидение, крупнейшие газеты), которые работают на самую широкую аудиторию. Зато вполне успешно можно работать с медиа второго уровня: социальными сетями, информационными интернет-кампаниями. Там голос в поддержку возобновляемой энергетики прозвучит намного громче.

Самый же эффективный способ избежать манипуляции — это, безусловно, личный опыт.  Несмотря на жесткие дискриминационные медиа-кампании в Германии, 80% немецкого населения поддерживает возобновляемую энергетику, потому что люди видят ее преимущества своими собственными глазами. Гражданам, которые зарабатывают деньги на производстве энергии и продаже ее в сеть, сложно поверить статьям, утверждающим, что возобновляемая энергетика может создать для них финансовые проблемы. При этом донести альтернативные правдивые смыслы до граждан, до политиков, до журналистов довольно сложно, поскольку пропагандистское сообщение всегда очень коротко и емко, в одно предложение: “Возобновляемая энергетика — это дорого”.  А когда мы пытаемся доказать, что это утверждение — ложь, мы приводим аргументацию, добавляем еще 10 предложений, с множеством цифр, и создаем дополнительный интеллектуальный прессинг на аудиторию.

Перепост: voxukraine.org