Стоит ли променять «зеленый» тариф на аукционы?

6 Ноя

«Зеленый» тариф можно назвать одной из главных причин, почему в Украине развивается возобновляемая энергетика. В последнее время все больше ходят разговоры, что стоит последовать европейской и общемировой практике, и отказаться от стимулирующего тарифа в пользу «зеленых» аукционов. Так ли это и не рано ли это делать, разбирались ЭлектроВести.

Украина предлагает инвесторам не так много привлекательных условий для развития бизнеса. Но в «зеленой» энергетике есть один бонус, который заставляет закрывать глаза на не самый лучший экономический климат и военные действия — «зеленый» тариф. Во-первых, он один из самых высоких в мире, во-вторых, он зафиксирован в законе, что является государственной гарантией возврата вложенных инвестиций (хотя гарантии эти уже и пересматривались в сторону снижения, в итоге — два года рынок практически стоял).

Несмотря на всю пользу, которую оказывает рынку ВИЭ «зеленый» тариф, в последнее время активно обсуждается мнение, что «зеленый» тариф — не самый лучший способ стимулирования развития сектора возобновляемой энергетики для Украины. Видимо, для государства становится дорого. Особенно, дорого обходится солнечная энергетика с самым высоким тарифом (станции запущенные с 2017 до конца 2019 года будут получать по 15 евроцентов/кВт-ч) и как следствие, с самым высоким уровнем заинтересованности со стороны инвесторов.  В ход идут аргументы, что ВИЭ вырабатывают меньше 1% электроэнергии в балансе страны, тогда как берут на себя чуть ли не 8% финансирования, большая доля которого приходится как раз на «солнце». И если с этой цифрой согласны не все участники рынка, то с тем, что в итоге Украине придется променять «зеленый» тариф на систему аукционов никто не спорит. Спорят о том, как скоро это должно произойти, и как прописывать правила проведения таких понижающих тендеров.

В чем собственно суть «зеленых» аукционов?

Государство делает заказ на определенный объем «зеленых» мощностей, а инвесторы борются на то, чтобы получить этот заказ.

Они сами подают свои предложения цены электроэнергии, которую хотят получить. А выигрывает компания, которая предложила самую низкую цену. Предложенная компанией цена на ее «зеленое» электричество будет выплачиваться ей в течении заранее определенного периода (в среднем это около 20 лет).

Примечательно, что желаемую цену компания должна предложить еще до  начала реализации проекта. То есть просчитать стоимость технологий, оборудования, срок окупаемости, который ее устраивает и все, что на него влияет.

А в чем проблема с «зеленым» тарифом?

Считается, что установка ставки стимулирующего тарифа — дело не совсем прозрачное. Ведь непонятно, кто изначально устанавливает эту цену, и чем он при этом руководствуется. Поэтому в Европе, и не только (в Индии, Саудовской Аравии и других странах тоже работают аукционы), активно начинают переходить на «зеленые» тендеры. И советуют Украине сделать то же самое.

Позиция Энергетического сообщества, членом которого является и Украина, однозначна — отменить «зеленый тариф» и перейти на систему тендеров:

«Аукционы — хороший способ установления выгодной (для инвестора) и обоснованной цены на электроэнергию вместо того, чтобы какое-то Министерство, или еще кто-то сам придумывал «зеленый» тариф, который ничем не подтвержден. Кто решает, какой размер зеленого тарифа, и на чем он основывается? Аукционы — однозначно лучший процесс поддержки возобновляемой энергетики, чем «зеленый» тариф» — заявила Катарина Карали, эксперт по вопросам электроэнергетики из отдела поддержки стран Восточного партнерства Секретариата Энергетического Сообщества, в ходе конференции по правовым вопросам в сфере альтернативной энергетики Energy Legal Day, которая проходила в Киеве в октябре.

По ее словам, в Энергосообщество поддерживает идею того, что возобновляемая энергетика уже достигла достаточно уровня зрелости, чтобы напрямую участвовать в рынке энергетики, получать рыночную цену без искажения ее «зеленым» тарифом.

Также «зеленые» тарифы не отображают реального развития рынка технологий ВИЭ: цены на оборудование могут стремительно падать, проекты из-за этого также стремительно дешеветь, а тариф, зафиксированный в законе, не особо под эти реалии подстраивается (хоть его снижение и предусмотрено) то есть не отображает глобальные тенденции. Аукцион более гибкий в этом вопросе — снижение цен на оборудование напрямую влияет на цену электроэнергии, которую предлагает инвестор, а государство следит за трендом цен на технологии и решает, какую цену оно готово платить.

Аукционы в украинских реалиях. «За» и «против»

Может ВИЭ и достигли уже достаточного уровня зрелости в понимании европейского Энергосообщества, но можно ли говорить о таком же уровне «зеленых» технологий на украинском рынке — большой вопрос.

В Украине установлено 1461,7 МВт «зеленых» мощностей без учета крупных ГЭС (на конец первого полугодия 2017) при общей мощности системы около 55,5 тыс. МВт (на конец 2016). И представители «зеленого» энергосектора говорят, что такие объемы рынка слишком малы для того, чтобы внедрять систему аукционов, равняясь на такие европейские страны как Германия (где доля ВИЭ достигает 30% в энергобалансе).

Хотя не стоит игнорировать пример Польши, где рынок ВИЭ тоже не так уж, чтобы и сильно развит (и где активно трудится угольное лобби), но где все же работает система аукционов. Или тот же Казахстан, где планируют провести первый «зеленый» аукцион уже в 2018 году, где 300 МВт установленных мощностей ВИЭ с долей в энергобалансе 0,98%.

Также встает вопрос масштабов объектов ВИЭ, которые подлежат прохождению через тендер — какие единичные мощности минимальны? Большинство экспертов сходятся на том, что тендеры имеют смысл только для крупных объектов. Кто-то говорит от 5 МВт, кто-то — о  10 — 15 МВт. То есть небольшие проекты — субсидировать за счет «зеленого» тарифа, а покрупнее — отправлять на тендеры.

Но в той же европейской практике есть другие примеры. В упомянутой уже Польше, например, проводятся аукционы для объектов меньше 1 МВт, и по результатам первых двух аукционов в стране должно быть построено 400 МВт солнечных станций такой небольшой мощностью. Во Франции в тендерах участвуют все проекты, и малой мощности тоже. Летом был проведен тендер для небольших солнечных станций (от 0,5 до 17 МВт), по результатам которого будет построено более 500 МВт солнечных мощностей.

Аукционы для малых объектов имеют еще одно преимущество — позволяют развивать разветвленную энергосеть, стабильность которой легче поддерживать, и потери в которой тоже меньше, так как источник энергии находится в непосредственной близости к месту, где эта энергия потребляется.

Равномерность распределения мощностей можно регулировать и по регионам. Сейчас все хотят строить на юге — там и солнца больше, и ветер сильнее, и даже с биомассой на полях ситуация может оказаться более выгодной. Но массовая загруженность южных областей «зелеными», пока еще непредсказуемыми, объектами подрывает стабильность энергосистемы. Тендеры могут тут помочь, считает Андрей Герус энергетический эксперт, экс-член НКРЭКУ:

«Если были бы аукционы, то инвесторы сами бы предлагали цену, по которой они готовы работать, и аукцион показывал бы тарифы на севере страны больше, чем на юге. Поэтому период окупаемости оставался бы условно те же 5 — 6 лет. Но на юге этому периоду соответствовал бы тариф пониже, а на севере повыше. Людям было бы все равно, где строить — их интересует период окупаемости. Таким образом, объекты бы строили, создавая при этом рассредоточенную сеть», — высказал свою идею Герус в рамках TeslaCamp 2017.

То есть, система аукционов более гибкая, и позволяет не только продумывать варианты разделить: «какие мощности принимают участие в тендере, а какие нет», но и классифицировать сами тендеры — в зависимости от размера объектов, от географического расположения или других факторов. Такие регулирующие вопросы очень важны, именно они определят, получится ли аукционы сделать прозрачными, или они станут новой коррупционной схемой.

«Эффективность тендера зависит от условий тендера. Как мы заложим «правила игры», такие результаты мы и получим… Я считаю, что пока мы четко не определили, как мы будем проводить аукционы, это может содержать в себе коррупционные риски. То есть какая-то компания сказала, вот такой тариф нас устраивает, и она сделает так, чтобы ни одна другая компания не сможет получить этот проект. Опять-таки, нужно знать, кто назначает начальную цену по аукциону?», — отметил в комментарии ЭлектроВестям глава Украинской ветроэнергетической ассоциации (УВЭА) Андрей Конеченков, вице-президент Всемирной ассоциации ветроэнергетики. Глава УВЭА считает, что развитие рынка ВИЭ в стране пока находится на начальном уровне, и пока аукционы вводить рано, и что перед запуском новой тендерной модели обязательно должен быть переходный период.

Собственно, согласно законодательству, в Украине до 2030 года должен действовать «зеленый» тариф (хоть и периодически снижаясь). При этом есть мнение, что самым удобным временем для ввода системы «зеленых» тендеров станет «после 2020 года», когда заработает новая модель рынка. В любом случае, построенные объекты, уже получившие заветный «зеленый» тариф, до 2030 года должны остаться при нем. А новые объекты можно строить уже по процедуре понижающего аукциона.

Решаться ли регулирующие органы разочаровывать инвесторов и менять правила во время игры (снова), или воспользуются периодом действия «зеленого» тарифа как переходным, чтобы подготовить рынок к новым правилам игры, пока сказать сложно.

По материалам: electrovesti.net